Преюдициальность в гражданском процессе

Содержание

Определение в теории и в законе

Понятие преюдиции широко распространено в теории права. Наиболее часто встречающимся определением термина является следующее: преюдиция это обязанность судебного органа принять без дополнительной проверки и повторного исследования доказательства и факты, которые ранее были установлены судебным постановлением иной инстанции, вступившим в законную силу. Помимо изложенного, свойство преюдициальности предполагает запрет на опровержение уже установленных фактов, а также отсутствие необходимости доказывать общеизвестные сведения и события.

В гражданском и арбитражном процессах

Основными нормативными актами РФ, в которых упоминается термин, являются:

  1. Гражданский процессуальный кодекс.

Примером применения преюдиции в гражданско-правовых спорах может служить следующий:

  • Разбирательство №1 – заявлено требование об установлении отцовства в отношении несовершеннолетнего лица, иск судом удовлетворен, решение вступило в законную силу.
  • Разбирательство № 2 – истцом подано заявление о взыскании обязательных платежей на содержание ребенка (алиментов). В качестве преюдициального факта выступает установленное первым судом обстоятельство о том, что отцом ребенка является ответчик. Повторное доказывание этого факта не требуется, истцу необходимо лишь представить судебный акт либо попросить суд самостоятельно запросить его.
  1. Арбитражный процессуальный кодекс.

Применение преюдициальности в гражданском и арбитражном процессах является тождественным, например:

  • Первый процесс — оспаривание права собственности на недвижимый объект в виде офисного здания. Решение: требование истца удовлетворить, признать за ним право собственности, ранее зарегистрированное за иным лицом право аннулировать.
  • Второй процесс – взыскание с ответчика неосновательного обогащения в виде арендной платы, полученной им за время владения зданием от арендаторов. Преюдиция – установленный первым судом факт законности владения офисом истцом, и незаконности оформления права за ответчиком.

Нюансы уголовного процесса

Уголовно-процессуальный кодекс также содержит в себе норму, касающуюся ранее установленных иным судебным актом обстоятельств.

Практика применения преюдиции в уголовном процессе:

  • Первый суд – обвинительный приговор по статье мошенничество в особо крупном размере, связанном с оформлением в собственность квартир по подложным документам.
  • Второй суд – привлечение к ответственности за легализацию денег, полученных в ходе мошенничества, установленного первым приговором.

Следует отметить, что преюдиция может применяться в различных процессуальных областях, в частности, ранее указанный приговор по делу об обмане либо злоупотреблении доверием (мошеннические действия) ляжет в основу решения гражданского суда о признании сделки, заключенной с применением подложных документов, недействительной.

В 2011 году состоялось формирование мнения высшей судебной инстанции страны касательно применения преюдициальности в уголовном процессе в ответ на запрос граждан о проверке конституционности положений ст. 90 УПК РФ. В Постановлении КС РФ четко выразил свою позицию.

На основании изложенного можно сделать вывод, что преюдициальное значение при рассмотрении уголовных дел могут иметь любые обстоятельства дела, доказательства, иные факты, установленные ранее судебными актами гражданских и арбитражных судов. Но они никоим образом не могут предопределять постановление судом заведомо обвинительного вердикта, а также лишать подсудимого права на всесторонне и полное рассмотрение его дела с учетом действия принципа презумпции невиновности.

Преюдиция это (теория в картинках)

В теории процессуального права по уголовным делам преюдиция имеет следующее определение:

Издания по государству и праву трактуют термин таким образом:

или

В юридических методических сведениях понятие преюдициальности закреплено в более кратком и лаконичном значении:

Из всех изложенных вариантов трактования термина можно выявить его характерные черты, это:

  • Зависимость последующего решения от предыдущего.
  • Отсутствие необходимости доказывать уже установленные ранее судом обстоятельства.
  • Невозможность применения в отношении лиц, ранее не участвовавших в разбирательстве.
  • Применимость исключительно по отношению к вступившим в силу актам судебных органов.

Проблемы правоприменения

Правила о преюдициальности не распространяются на случаи, когда в процесс вступают новые участники. В данном случае Верховный суд РФ пояснил в своем Постановлении 2003 года о судебном решении: лица, ранее не привлеченные к участию в деле либо не являющиеся его сторонами, новые участники разбирательства имеют право оспаривать обстоятельства, которые были положены в основу ранее принятых судебных актов. В отношении таких лиц правило о преюдициальности не применяется, т.е. суд обязан по их просьбе вновь исследовать ранее установленные факты, проверить доводы и доказательства.

У данной позиции есть как сторонники, так и противники. Первая группа практикующих юристов согласна с мнением ВС РФ. Они считают, что повторная проверка ранее установленных обстоятельств дела не препятствует принимавшим участие в первом деле сторонам процесса приводить свои доводы и соображения относительно заявленных со стороны нового участника опровержений и пояснений. Кроме того, отказ вновь вошедшему в дело лицу в его праве на перепроверку нарушит принцип состязательности сторон, а также установленный для всех без исключения дел порядок сбора, представления и исследования доказательств на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Вторая группа цивилистов склонна к мнению, что такая ситуация ставит в неравное положение всех участников процесса, поскольку ранее присутствовавшие при разбирательстве лица ограничены в доказывании преюдицией, а новая сторона обладает возможностью представления иных доказательств, опровержения ранее установленных фактов. Для разрешения этой коллизии юристы предлагают отменить силу преюдициального значения ранее вынесенного судебного постановления для всех участников нового дела, а не только для вновь вступившего.

В России

Законодательная основа

В российском законодательстве понятие «преюдиция» установлено статьей 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, статьей 90 Уголовно-процессуального кодекса РФ и в ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ. На данный момент суд, прокурор, следователь, дознаватель не имеют права дополнительно проверять обстоятельства, установленные вступившим в силу законным судебным решением. Причем данное правило распространяется не только на приговоры (т.е. на решения по уголовным делам), но и на решения арбитражных судов и судов общей юрисдикции.

По заключению автора комментариев к процессуальным кодексам Гуева А. Н., судебная практика исходит из того, что по смыслу ст. 61 ГПК и ст. 69 АПК обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле. В то же время суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела о праве на спорное имущество, независимо от того, установлены ли они судебным актом. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы.

Похожие выводы делает Брусков П.В. при анализе преюдициальности и сравнении её в разных видах процессов. Так, ранее приговор уголовного суда имел преюдициальное значение для гражданского и арбитражного суда, в то время как решения гражданского и арбитражного суда преюдициальными для уголовного судопроизводства не являлись. Однако, после принятия закона От 29.12.2009 г. № 383-ФЗ, который внес изменения в статью 90 УПК РФ «Преюдиция», значения решений арбитражного, гражданского и уголовного судом приравнены друг к другу по силе. Это нововведение с одной стороны, ограничивает возможности доказывания по уголовному процессу, так как в уголовном процессе применяются в качестве доказательств результаты оперативно-розыскной деятельности; а в гражданском и арбитражном процессах это недопустимо. Но с другой стороны, Конституционный суд в своем постановлении от 21.12.2011 г. указал, что несмотря на новый закон, доводы решений гражданских судов не предопределяют виновность лица по уголовному процессу, обстоятельства обвинения подлежат тщательной проверке независимо от того, что они установлены решением гражданского суда.

Практика применения

Наблюдатели высказывают мнение о том, что, в случае некорректного разделения дела на несколько частей, применение принципа преюдиции может иметь негативные последствия для правосудия. По мнению известного ученого-юриста Сергея Афанасьева, такой процессуальный прием является опасным феноменом, поскольку «обвиняемые в деле, из которого выделено дело, рассмотренное в особом порядке, попадают в процессуальный капкан».

Основания освобождения от доказывания при виндикационном иске, критерии применения в доказывании межотраслевой преюдиции, преюдициальное значение в арбитражном процессе по ГПК РФ

Процессуальный закон установил, что не все факты требуют доказывания по праву. Статьей 61 ГПК РФ установлены основания освобождения от доказывания. Две категории фактов освобождаются от доказывания: фаты, признанные судом общеизвестными; преюдициальные факты, то есть факты установленные вступившим в законную силу судебным актом.

Вопрос определения общеизвестности факта имеет, в значительной мере, субъективный характер. Практика сформировала представления об общеизвестности фактов, которые могут быть освобождены от доказывания. Общеизвестность факта может быть признана судом лишь при наличии двух условий: объективном — известности факта широкому неопределенному кругу лиц; субъективном — известности факта суду.

Общеизвестность того или иного факта относительна и зависит от времени, истекшего после события, распространенности события в определенной местности.

Комментаторы процессуального законодательства приводят примерный перечень общеизвестных фактов: разного рода природные явления преимущественно вредоносного характера (землетрясения, засуха, наводнения), события общественной жизни (перевороты, эмбарго, инфляционные тенденции). «Общеизвестные факты освобождены от доказывания потому, что истинность их очевидна и доказывание является излишним».

Признать общеизвестными те или иные факты может не только суд первой инстанции, но и суды, рассматривающие дело в кассационном порядке и в порядке надзора. Частями 2, 3, 4 ст. 61 ГПК РФ установлено, что три категории обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным решением, подлежат освобождению от доказывания. В науке процессуального права эти обстоятельства получили название преюдициальных.

Преюдиция судебного решения заключается в том, что «выводы, сделанные судом в отношении фактов и правоотношений при рассмотрении конкретного дела, не подлежат оспариванию сторонами и обязательны для суда, рассматривающего другое дело в определенных законом пределах». Применительно к виндикациоиному иску правила преюдиции означают, что обстоятельства, подлежащие обязательному доказыванию при истребовании имущества из чужого незаконного владения, но установленные вступившим в законную силу судебным актом по иному делу, освобождаются от доказывания по правилам, установленным частями 2-4 ст. 61 ГПК РФ.

Например, в случае, если вещь была похищена ответчиком и это обстоятельство установлено вступившим в законную силу приговором суда, то собственнику при истребовании вещи не нужно доказывать незаконности поступления вещи во владение ответчика. В этом случае достаточно ссылки на соответствующий приговор суда. Преюдиция же по гражданским делам, рассмотренным судом общей юрисдикции либо арбитражным судом, ограничена только делами, в которых участвуют лица, бывшие сторонами по делу, в котором была установлена преюдиция. В спорах по виндикационным искам важное значение может иметь преюдиция при определении добросовестности приобретателей имущества, от чего зависят условия удовлетворения иска.

Если судебным решением по одному делу установлено, что приобретатель был осведомлен о том, что приобретает имущество у лица, которое не вправе отчуждать его, то это обстоятельство не подлежит доказыванию в другом деле по спору между этими же лицами. Поскольку судьба виндикационного иска зависит в данном случае от указанного обстоятельства, то фактор преюдиции оказывается решающим.

Напротив, если судебным решением по иному делу, но с участием тех же лиц будет установлено, что ответчик при приобретении спорной вещи был добросовестен, то это обстоятельство не требует доказывания по виндикационному иску и может оказаться решающим при вынесении решения, определяющего судьбу истребуемой вещи.

Выше речь шла о «формальной» или «жесткой» преюдиции, то есть преюдиции, полностью укладывающейся в рамки процессуального законодательства. В то же время существует и так называемая «мягкая преюдиция, то есть те обстоятельства, которые с позиции ст. 61 ГПК РФ не имеют преюдициального значения, однако, фактически преюдициальны при разрешении конкретного спора.

Например, если в рамках рассмотрения спора будет установлено, что по другому делу с участием иных лиц признано за кем-либо право собственности на вещь, в отношении которой идет спор, суд не может не учитывать этого обстоятельства.

В противном случае, если судом будет признано право собственности по поводу имущества, в отношении которого уже есть судебное решение о признании на него права собственности за иным лицом, ситуация будет юридически абсурдной. Однако практика знает такие случаи, когда в отношении одной и той же индивидуально-определенной вещи по различным делам признавалось право собственности за разными лицами».

Важное значение при распределении бремени доказывания по виндикационному иску имеет фактор владения. Истец-собственник, лишившийся владения спорной вещью и предъявляющий претензии к владеющему ответчику, обязан доказать, что последний владеет незаконно и недобросовестно. Это является обязательным условием удовлетворения виндикационного иска.

Значимость фактора владения столь велика, что даже если добросовестный ответчик приобрел вещь у неправомочного отчуждателя, владелец все равно защищен от притязаний собственника. Таким образом, предъявляя виндикационный иск, истец обязан доказать, во-первых, неправомерность; во-вторых, недобросовестность ответчика.

Со вступлением в силу нового УПК решения национальных судов, которыми установлено нарушение прав человека и основополагающих свобод, гарантированных Конституцией и ратифицированными международными договорами, получили преюдициальное значение для суда, решающего вопрос о допустимости доказательств.

Соответствующие положения были закреплены в ст. 90 УПК, но их значение и возможность применения к конкретной ситуации для многих юристов остаются неясными.

Так, у одного из пользователей портала Право Украины возник ряд вопросов, связанных с использованием стороной обвинения в качестве доказательств вины его подзащитного приговоров, вынесенных в отношении других лиц. Этими приговорами два лица были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст.205 УК (фиктивное предпринимательство).

Подзащитный пользователя портала оказывал этим лицам услуги по регистрации предприятий, номинальными директорами которых они были, и потому его также решили привлечь к уголовной ответственности по вышеуказанной статье как пособника и подстрекателя. У пользователя портала есть сомнения как насчет виновности его подзащитного в инкриминированных ему преступлениях, так и в отношении того, что указанные судебные решения могут быть использованы в качестве преюдициальных. Но основная часть обсуждения касалась именно возможности использования приговоров, вынесенных в отношении других лиц, против указанного лица.

Позиция 1. Решения судов, вынесенных в отношении других лиц, не имеют преюдициального значения по отношению к подзащитному участнику портала, поскольку:

90 УПК, решения судов, которыми установлены иные факты (кроме нарушения прав человека и основополагающих свобод), не имеют преюдициального характера и рассматриваются на общих основаниях.

иные судебные решения (не устанавливающие факты нарушения прав человека и основополагающих свобод) вообще не соответствуют допустимости доказательств. При этом такое иное решение может быть надлежащим доказательством (то есть таковым, что прямо или опосредствованно подтверждает существование обстоятельств, подлежащих доказыванию), но недопустимым;

ст. 90 УПК не определяет преюдициальное решение в качестве основания для освобождения от доказывания. В ней вообще идет речь о допустимости такого доказательства, как решение другого суда, а не о его доказательной силе;

согласно ч. 2 ст. 23 УПК не могут быть доказательствами сведения, содержащиеся в показаниях, вещах и документах, которые не были предметом непосредственного рассмотрения в суде;

2 ст. 87 УПК суд обязан признать существенными нарушениям прав человека и основоположных свобод, в частности, такие деяния, как нарушение прав лица на защиту, нарушение права на перекрестный допрос, получение показаний от свидетеля, который в дальнейшем будет признан подозреваемым или обвиняемым в этом уголовном производстве.

Исходя из этого, любые доказательства, которые были установлены в другом уголовном процессе, не могут быть поставлены лицу в вину. Такие доказательства должны быть предъявлены лицу лично, в судебном заседании касающегося его дела, чтобы он мог их изучить, подать относительно них ходатайства, назначить экспертизы, воспользоваться помощью специалиста, устроить перекрестный допрос свидетелей и прочее.

Позиция 2. Право решения судов, вынесенные в отношении других лиц, имеют преюдициальное значение в отношении всех фактов, установленных этими решениями, поскольку:

  1. преюдиции используются в тех случаях, когда действия лица или фактические обстоятельства, имеющие значение для уголовного производства, были установлены и решены другим судом;
  2. судебное решение по уголовному делу устанавливает факт виновности или невиновности лица относительно того или иного его действия, и потому исходя из положений ст. 86 УПК любое такое решение является допустимым;
  3. ст. 90 УПК прямо устанавливает, что при разрешении вопросов о допустимости межотраслевых доказательств решения суда, установившие нарушения прав человека, имеют преюдиционное значение;
  4. приговор суда – это документ, в котором содержится информация, являющаяся доказательством. Если он был исследован в судебном заседании, то никакого нарушения требований относительно непосредственного исследования доказательств нет;
  5. далеко не все доказательства собираются, создаются и/или устанавливаются при подозреваемом: большинство следственных действий не требуют его присутствия;

Поэтому если действия или фактические обстоятельства, имеющие значение для уголовного судопроизводства, были установлены и решены одним судом, то они не могут иначе устанавливаться или решаться другим судом. К примеру, если одним судом было установлено факт того, что преступление было совершено, то другой суд той же инстанции при рассмотрении другого дела не может прийти к выводу, что преступления на самом деле вообще не было.

Преюдиция также означает, что доказательства, которые обосновывают нарушение прав человека или основоположных свобод в ранее вынесенных решениях судов, включаются в процедуру дальнейших производств, то есть не подлежат повторному исследованию 2. Доказательства, на основании которых были приняты предыдущие судебные решения (заключения экспертиз, показания свидетелей, обвиняемого и прочее), не могут ставиться под сомнение, поскольку считаются проверенными предыдущим судом.

Требование о непосредственном исследовании в судебном заседании всех доказательств в этом случае касается только исследования предыдущего решения как бесспорного доказательства изложенных в нем фактов. Возможность же ведения перекрестного допроса в этом случае отсутствует.

Указанный подход к преюдиции в уголовном процессе уже работает на практике.

К примеру, в постановлении Ворошиловского райсуда Донецкой области от 23. 04. 2013 г.255/3510/13-к прямо указано, что факты, установленные предыдущими решениями судов, дополнительному доказыванию не подлежат и имеют преюдициальное значение. Это же указано в определении апелляционного суда Запорожской области от 24. 07. 2013 г. 11-кп-323/13 применительно к решениям о привлечении лица к административной ответственности, которые для уголовного процесса также имеют преюдициальное значение.

Исходя из этого, доказывать недопустимость таких доказательств, как судебные приговоры, оспаривать установленные ими факты или спорить с положенными в их основу доказательствами бессмысленно. Гораздо правильней оспаривать принадлежность этих решений к рассматриваемому делу и/или выводы, которые можно сделать из этих приговоров на основании изложенных в них фактов.

В данной ситуации приговоры в отношении клиентов подзащитного пользователя портала подтверждают, что осужденные по ним лица действительно занимались фиктивным предпринимательством, а также, возможно, указывают на связь этих преступлений с действиями подзащитного.

Но правовую оценку тому, являются ли действия последнего преступными, может дать только суд, рассматривающий его дело. Приговоры, вынесенные в отношении других лиц, также могут содержать доказательства участия подзащитного в преступлениях (например, свидетельские показания), но они должны оцениваться вместе с другими доказательствами и только в совокупности с ними и согласно требованиям закона должна даваться правовая оценка действиям конкретного лица, являющегося обвиняемым.

Можно также поспорить с тем, что преюдициальными могут быть судебные решения, установившие факт нарушения лицами общественных интересов, а не прав человека (в частности, приговоры по фиктивному предпринимательству).

Если исходить из буквального прочтения ст.90 УПК, то такие приговоры не должны иметь преюдициального значения. Факты, изложенные в преюдициальных судебных решениях, не подлежат сомнению, а изложенные в них доказательства не подлежат повторному исследованию в других уголовных процессах.

Такие решения по умолчанию являются допустимыми доказательствами, но их принадлежность к данному судебному делу и влияние на него зависит от конкретных обстоятельств.

Преюдиция в уголовном процессе: использование преюдиции следствием, преюдиция в арбитражном или гражданском процессе, преюдициальное значение

В качестве примера создания порочной преюдиции, на первый взгляд, вполне правовыми методами можно привести ситуацию, основанную на конкретном, пока еще арбитражном, деле.

После начала налоговой проверки ООО «Экспертиза и сертификация машин и оборудования опасных производственных объектов» (ЭКСМО) следователь произвел в офисе компании обыск по другому делу и изъял бухгалтерские документы.

Причем большей частью, как это нередко случается, без полистной описи – «коробками» и «папками». Какие-то документы при изъятии были скопированы администрацией, какие-то – нет, но организация в соответствии с правилами УПК РФ потеряла право доступа к собственной документации и не смогла представить в ИНФС № 6 по г. Москве оправдывающие налоговые вычеты документы.

Организация обжаловала решение ИФНС в арбитражный суд, полагая, что в суде представится возможность истребовать собственные документы у следствия и опереться на них в процессе доказывания своей правоты.

Суд, действительно, по ходатайству адвоката ООО затребовал изъятые документы, а вернее, из всего изъятого объема конкретные акты, но следствие это требование проигнорировало. При повторном запросе под угрозой штрафа следователь привез в арбитражный суд все изъятые коробки и представил копии допросов свидетелей по уголовному делу.

Суд отправил коробки обратно, приняв заверения следователя, что в них документы, необходимые обществу, отсутствуют, зато учел в своем решении свидетельские показания, данные на предварительном следствии.

Таким образом, суд практически «со слов» следователя признал, что оправдывающих документов у общества не изымалось, при том, что полистной описи так и не было составлено.

Кроме того, арбитражный суд, вынося решение о правомерности доначисления НДС, учел показания, данные свидетелями по уголовному делу на допросах, проведенных на предварительном следствии. Эти допросы были представлены следствием в суд без запроса, по собственной инициативе, так сказать, в компенсацию отсутствия описи изъятых документов.

Однако такие допросы не могут быть доказательствами по арбитражному делу. Дело в том, что у допросов, полученных на следствии, есть одна особенность, о которой суды нередко забывают. Согласно закону они не отвечают критериям достоверности.

Зачастую свидетель, особенно по хозяйственным делам, – сам потенциальный обвиняемый. Но лицо, привлекаемое к уголовной ответственности в России, имеет право лгать. Из-за этого разрешения его и не предупреждают об ответственности за дачу ложных показаний. Поэтому такой свидетель спокойно лжет, выгораживая себя, а фактически топя сослуживца или контрагента.

Примеров тому множество.

Конечно, генеральному директору сомнительной фирмы легче от нее «откреститься», чем потом объяснять, почему он не сдавал отчетность. Если ложь не вскроется, следователь поверит, то и ответственности за ложь не возникнет, а если не поверит, а проверит, то бывший свидетель станет обвиняемым и будет освобожден от ответственности за данные ранее заведомо ложные показания.

Кроме того, правду не поздно сказать и прямо в суде по чужому уголовному делу, пояснив, что на следствии ошибался. В этом случае ответственности за лжесвидетельство также не наступит (см.307 УК РФ).

Даже правда о собственной противоправной деятельности уже не приведет к возбуждению уголовного дела против такого свидетеля по чисто техническим причинам. Нет заинтересованных лиц. Обвинителю в процессе это не интересно, у него выявление преступлений в отчетность не входит, а суд по собственной инициативе в состязательном процессе дел не возбуждает.

Из-за этой всем известной недостоверности следственных допросов уголовно-процессуальный закон в общем случае не позволяет учитывать их в приговоре без повторного допроса свидетеля в суде.

Кроме того, полагаю, есть строго формальное препятствие для учета в гражданском и арбитражном процессах следственных допросов. Свидетель по УПК РФ () – лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела. И причем тут остальные ветви судебной системы?

Однако в рассматриваемом деле ЭКСМО арбитражный суд следственные допросы принял без всякой критики и постановил на них свое решение, которое вполне может быть использовано тем же следователем как преюдиционное.

Получается, что сторона обвинения имеет полную возможность манипулировать гражданскими и арбитражными процессами и влиять на их решения.

Преюдиция в решении суда

Вопрос преюдиции в решении суда имеет большое практическое значение – ведь от наличия или отсутствия преюдиции может зависеть предмет доказывания по рассматриваемому делу. Вначале немного остановимся на положениях закона.

Вступившие в законную силу судебные акты как арбитражного суда, так и судов общей юрисдикции являются обязательными для всех без исключения лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (ст. 13 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса РФ; далее ГПК РФ и АПК РФ соответственно).

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица (преюдициальность решения) (п.2 ст. 61 ГПК РФ, п.2 ст. 69 АПК РФ).

Указанные выше положения направлены на поддержание непротиворечивости судебных актов и обеспечивают действие принципа правовой определенности.

Вместе с тем, преюдициальность решений судов действует не во всех случаях.

Это вытекает из следующего: обстоятельства, входящие в предмет доказывания могут отличаться в зависимости от разных ситуаций.

Совсем недавно генеральный директор ООО ЮК «Город» в своей статье рассматривал ситуации, когда предмет доказывания отношений по договору займа разный в зависимости от того в процедуре банкротства находится должник или нет.

В первом случае необходимо доказать как факт передачи денежных средств заемщику, так и факт наличия возможности передать денежные средства заимодавцем. Во втором случае – только факт передачи денежных средств.

Представляется, что Высший арбитражный суд РФ установил такой предмет доказывания с целью не допустить злоупотреблений в делах о банкротстве.

Возникает вопрос: если уже имеется вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции о взыскании денежных средств с заемщика, должен ли арбитражный суд при установлении размера требований кредитора заново проверять обоснованность задолженности?

С одной стороны нет. Это следует:

ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в силу которых разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденные вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Логика проста — есть судебный акт, следовательно, задолженность уже установлена судом. Если данный судебный акт нарушает права третьих лиц, то он может быть обжалован в установленном порядке.

С другой стороны, имеется позиция, при которой суды не должны автоматически ориентироваться на вступившие в законную силу судебные акты при рассмотрении своего дела.

Так, Конституционный суд РФ, признавая обязательность судебных постановлений указал, что пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

Развивая свою мысль, Конституционный суд РФ фактически указал, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда, не подлежат доказыванию, а вот правовая оценка данных доказательств может быть различной в зависимости от предмета доказывания по конкретному делу.

Данную позицию применяют некоторые суды, которые в той или иной степени игнорируют решения суда, вступившие в законную силу.

Исходя из этих положений, представляется необходимым, чтобы законодатель с целью единообразного применения и недопущения противоречивых толкований положений закона более полно и однозначно урегулировал вопрос, связанный с влиянием решения, вступившего в законную силу, на выводы судьи, рассматривающего дело, в котором исследуются те же либо смежные обстоятельства.

Ведущий юрист ООО ЮК «Город»,

Преюдиция

По статье 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки; при этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Речь идет о так называемой Преюдиции.

Это правило довольно часто применяется правоохранительными органами произвольно и необоснованно, а иногда, наоборот, игнорируется, когда применение его необходимо.

Конечно же, речь идет, прежде всего, о применении Преюдиции к уголовно-процессуальным правоотношениям в области преступлений в сфере экономики, и прежде всего, преступлений против собственности.

К примеру, оспаривается факт приобретения собственности. Как правило, изначально, граждане обращаются в гражданские суды, указывая на те или иные факты недобросовестного приобретения собственности. При этом, справедливо рассчитывают, на тщательное исследование судом их проблемы. Но не все так просто…

Например, если гражданин оформил собственность по поддельным документам, это гражданским судом, как правило, не исследуется. Поддельные расписки, правоустанавливающие документы, и т.

Решение выносится формально, без тщательного исследования. Зачастую даже не опрашиваются свидетели. Даже при отсутствии ангажированности, гражданский суд характеризует абсолютный формализм в принятии решений.

Другой вопрос – расследование уголовного дела. Здесь можно и нужно провести соответствующую экспертизу, допросить свидетелей, и провести другие действия.

Более того, в отличии от судьи в гражданском суде, следователь вправе (и зачастую использует) свое право на привод лица, не являющегося на следственные действия. Однако следственные органы, даже при отсутствии заинтересованности, мягко говоря, не безупречны и их характеризует обвинительный уклон, ангажированность. Фактически, гражданско-правовые отношения превращаются в уголовно-правовые, взаимоотношения граждан исследует и регулирует следователь.

По идее, Преюдиция, собственно, это юридический прием, который по мнению законодателя, должен сократить время судей, следователей по проверке и перепроверке фактов, которые уже установлены и были предметом исследования, а также исключить конфликт и противоречия в актах различных органов.

Однако, благие намерения, так и остались на бумаге.

В декабре 2011 года Конституционный суд вынес громоздкое и противоречивое Постановление № 30-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 90 УПК РФ в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко». Собственно, данное Постановление должно было просто и доходчиво (особенно для следователей следственных органов) разъяснить условия и порядок применения Преюдиции в уголовно-процессуальных правоотношениях.

В частности, п 3. 3 Постановления трактует: «В силу объективных и субъективных пределов действия законной силы судебного решения для органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, не могут являться обязательными обстоятельства, установленные судебными актами других судов, если этими актами дело по существу не было разрешено или если они касались таких фактов, фигурировавших в гражданском судопроизводстве, которые не являлись предметом рассмотрения и потому не могут быть признаны установленными вынесенным по его результатам судебным актом». Вот оно. Вот и весь смысл Преюдиции, в общем и Постановления, в частности.

Вдумайтесь, что Вы сейчас прочитали. А прочитали Вы то, что Преюдиция, как таковая, в ее законодательном понимании – не распространяется на уголовно-правовые отношения. А если распространяется, то только тогда, когда это понадобится обвинению.

Поясню, в гражданском судопроизводстве, невозможно по определению, исследовать все факты.

Из числа многочисленных свидетелей всегда найдутся, которых либо не вызывали в суд, либо они сами не явились. Массивы документов, как правило, не исследуются в полном объеме.

Вдумчивый читатель может задать резонный вопрос, что мешает исследовать те или иные обстоятельства в гражданском суде. В частности, что мешает суду провести по гражданскому делу все необходимые экспертизы, допросить свидетелей, истребовать документы.

Если выявлены фиктивные или поддельные документы, на основании которых, например, оформлялась в собственность квартира, то решение суда изначально будет незаконным, и что самое, главное, необоснованным. Таким решением любая сделка с недвижимостью будет признана ничтожной.

Однако, на практике решения гражданских судов носят формальный характер, и фактически гражданско-правовые отношения становятся предметом исследования правоохранительных органов.

С сожалением можно отметить, что зачастую, правила Преюдиции используют следственные органы с целью разрешения гражданско-правового конфликта в пользу одной из сторон. Благо, свободная трактовка Преюдиции это позволяет.

Выводы Постановления Конституционного суда фактически предполагают и допускают неполноту рассмотрения дела в гражданском суде.

Однажды один из руководителей одного из следственных управлений заявил адвокату: «Преюдиция на нас не распространяется. Если нам нужно мы вспомним о ней, а если нет… можете жаловаться куда хотите». Необходимо с сожалением признать, что в его словах есть доля правды.

Задача адвоката, в ситуации использования уголовно-процессуального закона исключительно в обвинительном уклоне, подыскать и использовать правовые механизмы обжалования следственных действий.

Понятие преюдиции

Преюдиция относится к числу ключевых процессуальных понятий, широко используемых в правоприменительной и судебной практике. При этом законодательного определения данного термина не содержится ни в одном нормативном акте.

Более того, из всех действующих на сегодняшний день процессуальных кодексов понятием «преюдиция» оперирует только Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ст. 90, далее — УПК РФ). Нормы сходного содержания также включены в ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее — АПК РФ), ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее — ГПК РФ), ст. 64 Кодекса административного судопроизводства (далее — КАС РФ).

Анализируя смысл названных статей, можно сформулировать следующее определение: преюдиция — это какие-либо факты или обстоятельства, установленные ранее вступившим в законную силу судебным актом, которые не требуют доказывания и должны приниматься всеми судебными и иными органами как данность.

Например, в гражданском процессе по иску о возмещении вреда, причиненного здоровью потерпевшего в результате совершенного против него преступления, ранее вынесенный и вступивший в силу приговор в отношении лица, причинившего вред своими противоправными действиями, будет иметь преюдициальное значение. Другими словами, в ходе судебного разбирательства не требуется вновь доказывать сам факт совершения преступления и виновность совершившего его лица.

Не только преюдициальные факты не нуждаются в доказывании, есть и другие — об этом можно прочитать в статье Факты, не подлежащие доказыванию в гражданском процессе.

Значение преюдиции для судебного процесса

Как видно из определения, преюдиция тесно связана с процедурой доказывания в судебном процессе (см. статьи Предмет доказывания и Относимость и допустимость доказательств (нюансы), а также является одним из оснований освобождения участников дела от доказывания наряду с общеизвестными фактами и фактами, подтвержденными нотариально (пп. 1 и 4 ст. 69 АПК РФ, пп. 1 и 4 ст. 61 ГПК РФ). С другой стороны, преюдиция являет собой одно из свойств судебного решения.

Значение института преюдиции в судебном процессе заключается в следующем:

  • наличие преюдиционных правил существенно облегчает судопроизводство — экономит время и силы всех участников дела;
  • преюдиция также призвана предотвратить конфликт судебных актов, исключить наличие противоречащих друг другу решений;
  • преюдиция способствует последовательности рассмотрения дела и служит гарантией уверенности в непоколебимости принятого решения.

Для более глубокого понимания значения преюдиции в судебном процессе полезно изучить постановление Конституционного суда РФ от 21.12.2011 № 30-П.

Преюдиция в уголовном и административном процессе

В уголовном процессе процедура доказывания продиктована действием принципа презумпции невиновности и, как следствие, обязанностью обвинения доказывать вину лица в совершении преступного деяния. В связи с этим, устанавливая преюдициальное значение приговора суда по уголовному делу либо решения по гражданскому/арбитражному делу, законодатель делает оговорку: ранее вынесенный и вступивший в законную силу судебный акт при всем своем преюдициальном значении не может означать автоматическую виновность какого-либо иного лица, не участвовавшего ранее в рассмотрении дела.

В КАС РФ законодатель впервые вводит нормы об освобождении от доказывания фактов и обстоятельств, установленных ранее решениями судов (ст. 64 КАС РФ). Однако в аналогичных статьях других процессуальных кодексов акты по административным делам отсутствуют в перечне имеющих преюдициальное значение решений. Представляется необходимым внесение соответствующих изменений в вышеуказанные статьи АПК, ГПК и УПК РФ.

Таким образом, несмотря на особенности доказывания в каждом виде судопроизводства, институт преюдиции везде имеет схожий смысл. Он применяется в тесном межотраслевом взаимодействии: судебные акты, принятые и вступившие в законную силу в любом процессе, имеют преюдициальное значение для любого суда в любом процессе (учитывая оговорку об актах по уголовным делам).

Каковы критерии отнесения судебного акта к преюдиции

Не каждый судебный акт и не в каждой ситуации обладает свойством преюдициальности. Можно выделить несколько критериев для преюдиции судебного решения:

  1. Решение должно быть вступившим в законную силу.
  2. Судебный акт должен касаться прав и интересов тех же лиц, которые участвуют в другом процессе, где идет речь о применении преюдиции. Если же в деле участвуют иные лица, то ранее принятое без их участия судебное решение не может иметь преюдициального значения, так как эти лица не имели возможности представить доказательства, которые могли бы повлиять на вынесение такого решения (см., например, определение Верховного суда РФ от 15.10.2014 по делу А53-16593/2013). Если в процессах участвуют разные подразделения одной и той же системы государственных органов, например региональная таможня и Федеральная таможенная служба, то состав участников считается одинаковым (см. постановление Президиума ВАС РФ от 12.05.2009 № 17440/08 по делу № А40-3479/08-79-27).
  3. Преюдиция может возникнуть только в части установления каких-либо фактов или обстоятельств, но не в части правовой оценки, юридической квалификации действий или применения норм материального права (см., например, определение Верховного суда РФ от 29.03.2016 по делу № А40-152245/2014, постановление Президиума ВАС РФ от 25.07.2011 по делу № А40-111672/09-113-880).

Пределы преюдициальности

Установление законодателем абсолютной преюдициальности судебных решений поставило бы под угрозу соблюдение принципа свободы оценки доказательств и независимости судей, а также лишило бы участников судопроизводства возможности преодолевать последствия неизбежных судебных ошибок либо фальсифицировать доказательства, что привело бы еще к большей противоречивости решений (см. постановление Конституционного суда РФ от 21.12.2011 № 30-П). Поэтому процессуальные законы предусматривают возможность пересмотра судебных решений по вновь открывшимся обстоятельствам, что и является своеобразным пределом для преюдициальности судебных актов. К числу таких обстоятельств относятся, в частности (п. 3 ст. 413 УПК ПФ, пп. 3, 4 ст. 392 ГПК РФ, ст. 311 АПК РФ):

  • заведомо ложные свидетельские показания / заключение эксперта;
  • неверный перевод;
  • сфальсифицированные доказательства (как установить факт фальсификации – см. в статье Заявление о фальсификации доказательств в арбитражном процессе);
  • противоправные действия судьи при рассмотрении дела.

С другой стороны, пределом преюдициальности также является установление правила о том, что предопределяющую роль в процессе играет установление только фактов и обстоятельств, то есть некой объективной данности, но не субъективная правовая оценка или квалификация. Связано это с тем, что в различных видах процессов эти факты или обстоятельства могут оцениваться по-разному. Так, возложение судом в гражданско-правовом порядке ответственности за причиненный ущерб ни в коем случае не может предопределять уголовно-правовую ответственность за действия данного лица и его вину.

Соотношение преюдиции со смежными правовыми институтами

Понятие преюдиции тесно граничит с такими правовыми институтами, как презумпция (читайте о ней в статье Что такое презумпция вины?) и прецедент (см. статью Что такое судебный или юридический/правовой прецедент?). Рассмотрим подробнее, как они соотносятся между собой.

Презумпция, так же как и преюдиция, предполагает некую данность, которая не требует доказательств и не подлежит оспариванию. Наиболее близка преюдиция к презумпции истинности судебного решения или приговора — они предполагаются законными до тех пор, пока не пересмотрены в установленном законом порядке.

Однако презумпция истинности — это более широкое понятие, так как любое судебное решение презюмируется истинным, но далеко не каждое решение может стать преюдициальным. Для этого необходимо соблюдение ряда условий, о которых шла речь выше (действие в отношении ограниченного круга лиц, только в отношении фактов и обстоятельств и т. д.). Преюдиция как бы базируется на принципе презумпции истинности судебного решения.

У прецедента также на первый взгляд много общего с преюдицией. Он тоже имеет большое значение при вынесении судом решения по аналогичному делу, несмотря на то, что в России не является источником права. Тем не менее общеизвестно, что суды в РФ однозначно учитывают ранее вынесенные другими судами решения, а также часто придерживаются позиций, высказанных высшими судами. Однако прецедент все же не является обязательным для других судов. Различие между ними также состоит в том, что прецедент касается не только фактов и обстоятельств, но и правовой оценки, квалификации и применения норм права.

***

Таким образом, преюдициальное значение решения суда заключается в освобождении от доказывания фактов и обстоятельств, установленных вступившим в силу судебным решением или приговором. Преюдиция имеет межотраслевое действие и распространяется только на тех лиц, которые принимали участие в процессе, где были установлены данные факты и обстоятельства. Не обладают преюдициальностью правовая оценка, юридическая квалификация и применение норм материального права, производимые судом.

Подписывайтесь на канал RUSЮРИСТ в Яндекс.Дзен!

Обзор практики Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа применения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при разрешении споров, вытекающих из административных правоотношений

23 августа 2016

Обзор
практики применения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса
Российской Федерации при разрешении споров,
вытекающих из административных правоотношений
(утв. Постановлением Президиума Федерального арбитражного суда
Восточно-Сибирского округа от 25 июня 2007 г. N 3)

Обстоятельства, включенные в предмет судебного исследования, подлежат доказыванию. Однако из этого общего правила имеется исключение. В соответствии со статьей 69 AПK РФ доказыванию не подлежат преюдициальные и общеизвестные факты.

В силу ч.1 ст.69 АПК: «Обстоятельства дела, признанные арбитражным судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании». Общеизвестность обстоятельств устанавливает арбитражный суд при рассмотрении конкретных дел. Для признания факта общеизвестным требуется, чтобы он был известен широкому кругу лиц, в том числе, составу судей, рассматривающих дело.

Частями 2 — 4 ст.69 АПК РФ установлены иные основания освобождения от доказывания — наличие преюдициальных фактов. При том ч.2 указанной статьи устанавливает правила, преюдициальности судебного акта арбитражного суда. Часть 3 содержит правило о преюдициальности решения суда общей юрисдикции для арбитражного суда, а часть 4 — о преюдициальности приговора суда общей юрисдикции.

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном законом.

Преюдициальность имеет свои объективные и субъективные пределы. По общему правилу объективные пределы преюдициальности касаются обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному делу. Среди этих фактов могут быть те, которые оказались бесспорными, и те, которые суд ошибочно включил в предмет доказывания по делу. В любом случае все факты, которые суд счел установленными во вступившем в законную силу судебном акте, будут обладать преюдициальностью.

Субъективные пределы — это наличие одних и тех же лиц, участвующих в деле, или их правопреемников в первоначальном и последующем процессах.

Обстоятельства, установленные административными органами, органами следствия и прокуратуры, не являются преюдициальными и подлежат доказыванию в арбитражном суде. Вместе с тем акты указанных органов, будучи письменными доказательствами, могут быть (а иногда должны быть) включены в процесс арбитражного разбирательства.

Сложность в применении положений ч.2 ст.69 АПК РФ заключается в отсутствии единого толкования судьями разных инстанций понятия «обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом».

Институт преюдиции не всегда правильно применяется арбитражными судами. Применение этого института арбитражными судами по делам, возникающих из административных правоотношений, должно быть юридически обоснованным, поскольку ошибочное применение либо неприменение преюдиции приводит к неправомерному освобождению от доказывания либо, наоборот, к дополнительному обременению одной из сторон спора доказыванием отдельных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с ч.2 ст.69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Преюдициальное значение могут иметь только юридические факты материально-правового содержания, но не те факты, установление которых имеет процессуальное значение.

Общество обратилось в суд с требованием о признании недействительным постановления налогового органа о взыскании задолженности по налогам за счет имущества налогоплательщика. Решением суда заявление было удовлетворено частично, поскольку, по мнению суда, инспекцией была нарушена процедура взыскания налогов и пеней за счет имущества налогоплательщика.

В кассационной жалобе налоговый орган просил отменить решение суда и отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на преюдициальное значение решения суда, вступившего в законную силу, которым налогоплательщику было отказано в признании решения и постановления, на основании которых вынесено постановление о взыскании налоговых санкций, незаконным.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение без изменения, обоснованно указал, что по делу о признании решения и постановления незаконными, не исследовались конкретные обстоятельства, имеющие значение для дела, основанием для отказа в признании решения недействительным по другому делу послужил пропуск срока на подачу заявления в суд, поэтому оснований для применения преюдиции не имеется (А 74-3004/04-9-Ф02-6987/05-С1).

Преюдициальным является обстоятельство, имеющее значение для правильного рассмотрения дела, установленное судом и изложенное во вступившем в законную силу судебном акте по ранее рассмотренному делу между теми же сторонами, а не обстоятельство, которое должно быть установлено. При этом следует иметь в виду, что обстоятельства, хотя и отраженные в судебном акте, также могут не иметь преюдициального значения, если они не исследовались, не оценивались, не входили в предмет доказывании.

Предприниматель обратился в суд с заявлением о признании незаконным решения налогового органа. Решением суда требование было удовлетворено, поскольку, по мнению суда, предпринимателем обоснованно была применена льгота по НДС.

В кассационной жалобе налоговый орган просил отменить решение суда первой инстанции и отказан, в удовлетворении заявления, ссылаясь на преюдициальное значение решения суда, вступившего в законную силу, которым с налогоплательщика были взысканы штрафные санкции.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение суда без изменения, обоснованно указал, что по делу о взыскании налоговых санкций не исследовался вопрос о предоставлении налогоплательщику льгот на основании пп.5 п.2 ст.149 ПК РФ. Судом кассационной инстанции был сделан правомерный вывод об отсутствии преюдициальных фактов, поскольку вопрос о предоставлении льготы не был исследован и не установлен судебным актом по другому делу (А19-10052-06-9-Ф02-4229/06-С1.)

ГАРАНТ:

По-видимому, в предыдущем абзаце допущена опечатка. Вместо «ПК РФ» имеется в виду «НК РФ»

Таким образом, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом о взыскании налоговой санкции, не всегда имеют преюдициальное значение при рассмотрении впоследствии спора о признании недействительным решения налогового органа о привлечении к налоговой ответственности, когда суд при рассмотрении дела о взыскании налоговой санкции не конкретизировал в судебном акте, какие факты были им исследованы и установлены.

Поскольку в предмет доказывания по рассмотренному арбитражным судом делу не входило установление обстоятельств, связанных с правильностью или неправильностью заявленного декларантом кода ввезенного товара, следовательно, выводы арбитражного суда о правильности его классификации нельзя признать преюдициально установленными фактами, и при рассмотрении спора стороны не освобождались от доказывания обстоятельств, на которые они ссылались в обоснование своих требований и возражений. Данные обстоятельства должны быть исследованы судом и подлежат правовой оценке.

По делу N А19-19720/03-28-Ф02-1419/05-С1 общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения таможенного органа о классификации товара в соответствии с ТН ВЭД.

Решением суда заявленное требование удовлетворено. Суд исходил из того, что заявленный декларантом код товара является достоверным, правильность его классификации подтверждена ранее принятыми судебными актами по делу N А19-13216/03-28.

Суд кассационной инстанции решение отменил, а дело — направил на новое рассмотрение, указав следующее.

Арбитражным судом неполно установлены фактические обстоятельства дела, в материалах дела отсутствуют документы, на основании которых определен код спорного товара декларантом в ГТД и принято решение о классификации товара в соответствии с ТН ВЭД, доказательства, подтверждающие достоверность или недостоверность сведений о коде товара, заявленных декларантом, имеющие значение для вывода о действительности или недействительности оспариваемого решения таможенного органа о классификации товара в соответствии с ТН ВЭД, судом не исследованы.

Суд кассационной инстанции признал необоснованной ссылку арбитражного суда на преюдициальность судебных актов по ранее рассмотренному делу N А19-13216/03-28, указав, что судебными актами по названному делу признано незаконным и отменено постановление таможенного органа по делу об административном правонарушении. Обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора по делу N А19-13216/03-28, установлены в судебных актах применительно к основаниям административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.16.2 КоАП РФ, и сделан вывод об отсутствии таковых, поскольку указание в таможенной декларации неправильного кода ТН ВЭД, если это не сопряжено с заявлением при описании товара недостоверных сведений о количестве, свойствах и характеристиках товара, влияющих на его классификацию, не можем быть отнесено к противоправному деянию, образующему объективную сторону указанного правонарушения

Таким образом, в предмет доказывания по делу N А19-13216/03-28 не входило установление обстоятельств, связанных с правильностью или неправильностью заявленного декларантом кода ввезенного товара. Следовательно, соответствующие выводы судов о правильности его классификации нельзя признать преюдициально установленными фактами, в связи, с чем при рассмотрении настоящего спора стороны не освобождаются от доказывания обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений. Данные обстоятельства должны быть исследованы судом и им необходимо дать правовую оценку.

Факты приобретают качество достоверности и незыблемости и тем самым становятся преюдициальными, если они исследованы и отражены в судебном акте. Поэтому является правильным применение преюдиции, при установлении судом фактов, закрепленных в мотивировочной части судебного акта и не подлежащих повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами.

Налоговый орган обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с предпринимателя налоговых санкций.

Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, требования налогового органа удовлетворены.

Не согласившись с судебными актами, предприниматель обратился с кассационной жалобой. По мнению предпринимателя, суд необоснованно руководствовался ч.2 ст.69 АПК РФ.

Оставляя судебные акты без изменения, суд кассационной инстанции указал, что судом первой инстанции обоснованно принято во внимание решение арбитражного суда по делу N А19-7226/05-40, имеющее для рассматриваемого дела преюдициальное значение.

Как следует из материалов дела, решением арбитражного суда предпринимателю отказано в удовлетворении требований о признании незаконным решения налогового орган. Судом установлено, что предпринимателем допущено занижение сумм налога на добавленную стоимость в результате неправомерного применения налоговых вычетов по счетам-фактурам, заполненных с нарушением требований статьи 169 НК РФ. Вышеизложенные обстоятельства суд обоснованно признал имеющими преюдициальное значение (дело N А19-15737/05-12-Ф02-3401/06-С1).

Необоснованной является позиции арбитражных судов о применении преюдиции при рассмотрении налоговых споров, когда обоснованность решений проверена по результатам камеральной проверки, а оспаривается решение, вынесенное по результатам выездной проверки, хотя проверяется один налоговый период.

По делу N А19-12684/05-44-Ф02-6325/05-С1, удовлетворяя заявленные предпринимателем требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ч.2 ст.69 АПК РФ, пришел к выводу о подтверждении вступившими в законную силу судебными актами, принятыми по делам NN А19-15310/03-5, А19-4843/04-15, А19-16893/03-43, А19-16893/03-43, А 19-4844/04-24, неправомерности отказа налогового органа в возмещении НДС за периоды 2003 года, уплаченного налогоплательщиком при приобретении экспортируемого товара.

Отменяя данный судебный акт, суд кассационной инстанции указал, что предметом рассмотрения судебных дел NN А19-15310/03-5, А19-4843/04-15, А19-16893/03-43, А19-16893/03-43, А 19-4844/04-24 являлись законность и обоснованность решений налогового органа, принятых по результатам рассмотрения материалов камеральных налоговых проверок представленных предпринимателем деклараций но НДС по ставке 0 процентов за отдельные налоговые периоды.

При рассмотрении указанных дел арбитражным судом сделан вывод об отсутствии в действиях налогоплательщика фактов недобросовестности, доказательств иного налоговым органом не представлено.

Сославшись на преюдициальность решений по данным делам, суд, тем не менее, не указал, какие фактические обстоятельства установлены данными решениями и соответствуют ли данные обстоятельства доказательствам, представленным налоговым органом по настоящему делу.

Вместе с тем недоказанность, налоговым органом в действиях налогоплательщика признаков недобросовестности в рамках проведения камеральных налоговых проверок не исключает возможность доказывания данных фактов в рамках проведения выездной налоговой проверки, являющейся иной формой налогового контроля.

Как следует из решения, налоговым органом проведены встречные проверки поставщиков предпринимателя, по результатам которых установлены следующие факты: отсутствуют сведения о местонахождении поставщиков, по адресам, указанным в представленных предпринимателем счет-фактурах, поставщики отсутствуют, сведения о наличии транспортных средств поставщиков также отсутствуют.

Доводы о недостоверности данных, содержащихся в счетах-фактурах поставщиков предпринимателя, приведенные налоговым органом в обоснование принятого по результатам проведенной выездной налоговой проверки решения, не исследованы судом при рассмотрении настоящего спора.

Налоговым органом также приводились доводы об отсутствии документов, служащих основанием для оприходования полученного предпринимателем товара и его учета.

Поскольку указанные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, не проверялись судом, обжалуемый судебный акт отменен с направлением дела на повое рассмотрение.

Позиция арбитражных судов, применяющих преюдицию автоматически без исследования вопроса об установленности вступившими в законную силу судебными актами обстоятельств, является неправомерной.

В постановлении по делу N А19-30139/05-18-Ф02-2651/06-С1 суд округа, отменяя постановление апелляционной инстанции, указал, что суд кассационной инстанции лишен возможности проверить законность обжалуемого судебного акта и правильность применения норм материального и процессуального права, так как мотивировочная часть обоснования вывода суда о фиктивности сделок налогоплательщика с поставщиком и мотивы отказа в удовлетворении требований общества отсутствуют. Ссылка суда на преюдициальность установления факта регистрации поставщика общества по поддельным документам другим судебным актом по другому делу не может быть принята судом кассационной инстанции, поскольку предметом исследования по другому делу было иное решение налогового органа.

По делу N А19-8528/04-51-32-5-Ф02-3869/06-С1, суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты, указал, что вывод, арбитражного суда о преюдициальности обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением арбитражного суда по делу N А19-29943/04-5, сделана с нарушением положений ч.2 ст.69 АПК РФ, так как указанное дело рассмотрено между другими сторонами.

Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным липом. Правовой вывод суда общей юрисдикции, основанный на указанных фактических обстоятельствах, о том, что полученный доход не подлежит налогообложению, не является обязательным для арбитражного суда.

Предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными решения и требования налогового органа.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, заявленные требования удовлетворены.

Как следует из материалов дела, предприниматель привлечен к ответственности по п.1 ст.119 и п.1 ст.122 ПК РФ, а также ему предложено уплатить начисленную проверкой сумму подоходного налога и пени за его несвоевременную уплату.

По-видимому, в предыдущем абзаце допущена опечатка. Вместо «ПК РФ» имеется в виду «НК РФ»

Из материалов проверки следует, что основанием для начисления предпринимателю подоходного налога, соответствующих сумм пеней и штрафа послужило получение им дохода, в том числе от продажи квартир, принадлежащих ему на праве собственности, и от оказания риелторских услуг.

Судебные инстанции, удовлетворяя требования предпринимателя о признании решения и требования налогового органа недействительными, признали неправомерным начисление предпринимателю подоходного налога в связи с совершением сделок купли-продажи квартир, находившихся в его собственности, а также в собственности других лиц. При этом суд исходил из преюдиции вынесенных в отношении предпринимателя оправдательных приговоров по уголовным делам.

Отменяя частично судебные акты по данному делу, суд кассационной инстанции указал, что в соответствии с ч.4 ст.69 АПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Согласно имеющимся в материалах дела копиям приговоров городского суда предприниматель был оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.»б» ч.2 ст.171 и ч.1 ст.198 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления.

Указанными оправдательными приговорами установлено, что предприниматель приобрел в собственность и реализовал квартиры, получив доход, а также на основании доверенностей от своего имени, но в интересах граждан совершил сделки по продаже квартир, но дохода в результате этих сделок не получил.

Поскольку вступившими в законную силу приговорами суда не установлено получение предпринимателем дохода от совершения сделок по реализации квартир, принадлежащих другим лицам, то арбитражный суд па основании ч.4 ст.69 АПК РФ обоснованно признал недействительными решение и требование налогового органа в части начисления подоходного налога, соответствующих сумм пеней и налоговых санкций по данному эпизоду.

Между тем, признавая неправомерным начисление подоходного налога от операций по приобретению в собственность и последующей реализации квартир, арбитражный суд неправильно применил нормы материального и процессуального права.

Правовой вывод суда общей юрисдикции о том, что полученный доход не подлежит налогообложению, не является обязательным для арбитражного суда.

Из материалов налоговой проверки и оправдательных приговоров суда следует, что в течение 2000 года предприниматель осуществил сделки по приобретению и реализации четырех квартир и получил доход от реализации каждой из квартир.

Следовательно, доход, полученный в результате осуществления такой деятельности, подлежал обложению в соответствии с Законом РФ «О подоходном налоге с физических лиц», по смыслу которого обложению подоходным налогом подлежат доходы физических лиц, полученные от реализации принадлежащего им имущества.

Арбитражный суд правильно указал, что налоговым органом не подтверждено волеизъявление предпринимателя на уменьшение дохода, полученного от реализации квартир, на сумму документально подтвержденных расходов, поэтому налогообложение дохода, полученного в результате совершения сделок по приобретению и реализации квартир, должно осуществляться в соответствии с пп.»т» п.1 ст.3 Закона РФ «О подоходном налоге с физических лиц».

Суд кассационной инстанции отменил судебные акты в части удовлетворения требований предпринимателя о признании недействительным решения и требования налогового органа в части взыскания подоходного налога, исчисленного с дохода от продажи квартир, принадлежащих ему на праве собственности, и пени за несвоевременную уплату налога.

Вступившим в законную силу приговором городского суда предприниматель был оправдан по обвинению в уклонении от уплаты налогов с физического лица в крупном размере за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.198 УК РФ, поэтому он не подлежит привлечению и к ответственности за неуплату налога, предусмотренной п.1 ст.122 ПК РФ. В связи с чем, арбитражный суд правомерно признал недействительными решение и требование налогового органа в части взыскания титра фа.

По-видимому, в предыдущем абзаце допущена опечатка. Вместо «ПК РФ» имеется в виду «НК РФ»

В связи с получением в 2000 году дохода, подлежащего налогообложению, предприниматель обязан был представить в налоговую инспекцию декларацию о доходах за 2000 год не позднее 30 апреля 2001 года.

Поскольку такая налоговая декларация не была представлена, налоговый орган правомерно привлек предпринимателя к ответственности в виде штрафа. Поэтому арбитражный суд необоснованно признал недействительными решение и требование налогового органа в данной части (А33-976/02-С3А-Ф02-4071/04-С1).

Обстоятельства, установленные административными органами, органами следствия и прокуратуры, не являются преюдициальными и подлежат доказыванию в арбитражном суде. Вместе с тем акты указанных органов, будучи письменными доказательствами, могут быть (а иногда должны быть) привлечены к арбитражному разбирательству.

Суд кассационной инстанции в постановлении по делу N А78-4997/03-С2-8/537-Ф02-3167/05-C1 указал, в соответствии с ч.3 ст.64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно ч.1 ст.168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований им возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены.

Таким образом, отсутствие у постановления о прекращении уголовного дела характера обязательности для арбитражного суда не устраняет обязанность суда непосредственно исследовать и оценить доказательства, на которые ссылалась налоговая инспекция и которые имелись в материалах уголовного дела. Поэтому судебные акты были отменены и дело направлено на новое рассмотрение.

Обстоятельства наличии законные нрав организации на спорные объекты недвижимости были предметом доказывания по рапсе рассмотренному арбитражным судом делу, в котором участвовали те же лица, в связи, с чем они правильно признаны в силу ч.2 ст.69 АПК РФ преюдициальными и не подлежали доказыванию вновь.

По делу N А33-18267/04-С2-Ф02-1845/2007 организация обратилась в суд с заявлением о признании недействительными приказов Управления имущественных отношений, согласно которым имущество в виде нежилых зданий признано объектом государственной собственности и закреплено на праве оперативного управления за государственным учреждением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, принял во внимание преюдициальное значение для данного дела обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением арбитражного суда по ранее рассмотренному делу N А33-4214/2006 по иску организации к Управлению имущественных отношений о признании нрава собственности на спорные объекты недвижимости.

Решением суда по делу N А33-4214/2006 признано право собственности организации на часть нежилых зданий, относящихся к спорным объектам недвижимости, переданных организации в установленном законом порядке. Этим же решением суда отказано в признании нрава собственности организации на другую часть нежилых зданий, являющихся вновь возведенными объектами недвижимости, в связи с недоказанностью организацией факта их строительства и сдачи в эксплуатацию в порядке, определенном действующим законодательством.

С учетом установленных по делу N А33-4214/2006 обстоятельств суд признал оспариваемые приказы в части, касающейся объектов недвижимости, переданных организации в установленном законом порядке, не соответствующими статье 209 ГК РФ и нарушающими права собственника имущества,

В то же время, отказывая в удовлетворении требований организации о признании недействительными оспариваемых ненормативных правовых актов в остальной части, суд исходил из недоказанности законных прав заявителя на вновь возведенные объекты недвижимости.

В кассационной жалобе организация, не соглашаясь с выводами суда в части отказа в удовлетворении заявленных требований, указала на то, что судом не исследованы обстоятельства и основания, по которым спорные объекты недвижимости признаны государственной собственностью.

Суд кассационной инстанции посчитал правомерными выводы суда первой инстанции, основанные на юридических фактах, установленных решением арбитражного суда по делу N А33-4214/2006 и не подлежащих доказыванию вновь по рассматриваемому делу согласно ч.2 ст.69 АПК РФ.

Обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативных правовых актов органов местного самоуправления недействительными является установление судом совокупности юридических фактов: нарушения данными актами законных прав и интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и несоответствия данных актов закону (ч.2 ст.201 АПК РФ).

Поскольку обстоятельства наличия (отсутствия) законных прав организации на спорные объекты недвижимости были предметом доказывания по ранее рассмотренному делу и установлены в решении суда по делу N А33-4214/2006, в котором участвовали одни и те же лица, они правильно признаны в силу ч.2 т.69 АПК РФ преюдициальными, в связи, с чем не подлежали доказыванию вновь.

Вступившее в законную силу решение суда обшей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, но вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле (ч.3 ст.69 АПК РФ). Правовая оценка судом общей юрисдикции действий лица, на которой основан вывод об отсутствии (наличии) состава административного правонарушения, не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего преюдициальное значение для арбитражного суда, рассматривающего другое дело, вытекающее из административных правоотношений.

По делу N А19-9744/04-27-Ф02-6619/06-C1 общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления налоговой инспекции о привлечении к административной ответственности, предусмотренной статьей 14.5 КоАП РФ.

Суд первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении требований, признал доказанным факт совершения обществом административного правонарушения и наличия вины общества в сто совершении.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами судов, и признал несостоятельным довод общества о необоснованном неприменении при рассмотрении данного дела выводов, содержащихся в решении суда общей юрисдикции, принятом по жалобе должностного лица общества на постановление налоговой инспекции о привлечении его к административной ответственности на основании ст.14.5 КоАП РФ.

Предметом рассмотрения по настоящему делу являлось постановление налоговой инспекции по делу об административном правонарушении, вынесенное в отношении юридического лица. Обстоятельства наличия события рассматриваемого правонарушения и наличия либо отсутствия вины в действиях юридического лица решением суда общей юрисдикции не устанавливались.

Аналогично применены положения ч.3 ст.69 АПК РФ по делу N A33-24908/04-С6-Ф02-3465/05-С1.

Такой подход к определению обязательности решений суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу для арбитражного суда представляется правильным с учетом объективных и субъективных пределов преюдициальности, которая распространяется на обстоятельства, установленные судом общей юрисдикции и имеющие отношение лишь к лицам, участвующим в деле.

Необходимо также учитывать, что обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, устанавливаются судом на основании доказательств по делу, содержащих сведения о фактах (ч.1 ст.64 АПК РФ).

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Преюдициональное значение судебного решения. Исполнимость судебного решения

5 Преюдициональное значение судебного решения. Исполнимость судебного решения

Особый характер свойство обязательности, полученное судебным решением по вступлении его в законную силу, имеет в тех случаях, когда возникает вопрос о преюдициональном значении судебного решения.

Следует отметить, что данный вопрос специально исследовался учеными правоведами В.М. Семеновой, Я. Л. Штутина, С. Шардыко, В. Воложанина;

Подробно этот вопрос исследован в работах М.Г. Авдюкова и Н.А. Чегиной.

В российском праве преюдициональные взаимоотношения возможны между решениями по гражданскому делу и приговорам по уголовному делу, между приговорами по уголовным делам и между решениями (приговорами) и административным актом.

Они заключаются в том, что содержащиеся во вступившем в законную силу решении (приговоре) или в административном акте выводы о наличии или отсутствии определенных юридических фактов и правоотношений являются обязательными для других судебных и административных органов, если последние касаются вопроса о наличии тех же фактов и правоотношений и относительно тех же субъектов.

При исследовании вопросов преюдиции в гражданском процессе необходимо различать следующие случаи преюдиции:

1) преюдициальное действие судебного решения по гражданскому делу в отношении другого судебного решения, вынесенного также по гражданскому делу;

2) преюдициальное действие судебного решения по гражданскому делу в отношении судебного приговора по уголовному делу;

3) преюдициальное действие приговора по уголовному делу в отношении судебного решения по гражданскому делу;

4) преюдициальное действие судебного решения по гражданскому делу в отношении акта органов государственного управления и местного органа власти.

Кроме классификации случаев преюдициального действия судебного решения в зависимости от того, между какими актами судебных органов и органов государственного управления существует преюдициальная связь, допустимо также проводить различие между случаями преюдиции, исходя из того, является ли данная преюдициальная связь обязательной в силу прямого требования закона или же таковая обязательность преюдициальных отношений отсутствует.

В первую же очередь, необходимо остановиться на преюдициальном действии судебного решения по гражданскому делу в отношении другого судебного решения, вынесенного также по гражданскому делу. Оно определяется общими правилами об обязательности судебного решения для всех государственных учреждений (ст. 13 ГПК РСФСР), а также правилами о том, что по вступлении в законную силу стороны и другие лица, участвующие в деле не могут оспаривать в другом процессе установленные судом факты и правоотношения (ст. 208 ГПК РСФСР). Здесь следует различать три формы преюдициальной связи. К первой из них относятся те случаи преюдициальной связи между решениями по гражданским делам, когда в последующем процессе суд рассматривает такое правоотношение существующее в результате существования другого правоотношения или факта, признанных судебным решением по первому порядку, или когда в последующем процессе суд рассматривает последствия правоотношения, установленного судом, по первому процессу.

При этой форме преюдициальной связи, прежде всего, может иметь место такое соотношение между двумя правоотношениями, при котором одно правоотношение является следствием существования другого правоотношения. Примерами могут служить иски при регрессе эвикций.

Предмет преюдиции в указанных случаях составляет то положение, что судебное решение, являясь в частности, актом, подтверждения определенных юридических фактов, правоотношения и права, выступает в качестве такового и в том случае, когда оно является актом, имеющим преюдициональное значение. Таким образом, преюдиция, содержащаяся в судебном решении, заключается в том, что суд подтверждает наличие или отсутствие определенного юридического факта, правоотношения и права, и это подтверждение является обязательным для суда, выполняющего решение по связанному с первым делу. Предметом преюдиции, следовательно, является это право, правоотношения и факты.

Весьма важным является вопрос, означающий для преюдиции участие в процессе, в котором вынесено имеющее преюдициональную силу решение, тех лиц, в отношении которых должно состояться решение во втором процессе.

В процессе, где вынесено решение, имеющее преюдициональное решение для будущего процесса, должны принимать участие лица или в качестве третьего лица, являющиеся сторонами во втором производном процессе. Например, вполне правильным является положение, что солидарный должник, и которому предъявлен иск другим солидарным должником, исполнившим вынесенное в пользу кредитора по всем солидарным должникам участвовал в качестве одного из соответчиков.

Однозначно необходимо отметить, что участие в деле всех лиц, для которых поставленное судом решение может иметь значение преюдиционального акта в будущем процессе не всегда является обязательным.

В ряде случаев закон и твердо установившаяся практика требуют такого проведения процесса, при котором лица, могущие в будущем оказаться под действием преюдиции судебного решения обязательно должны участвовать в процессе, где это решение постановляется. Например, ст. 204 ГПК РСФСР устанавливает, что при поручительстве, в случае неисполнения обязательства должником, кредитор вправе предъявить требования к должнику и поручителю как к солидарным должникам, если противное не установлено договором поручительства. Таким образом, при поручительстве, как общее правило, главный должник должен принимать участие в процессе, в результате которого состоится судебное решение, имеющее преюдициональное значение для процесса, где он будет фигурировать в качестве ответчика по иску поручителя.

Однако обязательное участие в предшествующем процессе участников последующего дела не всегда практикуется. Оно не встречается, как правило, в случаях, когда имело место преюдициальное действие решения о признании права собственности на дом, а впоследствии был предъявлен иск о признании недействительной сделки о продаже этого дома. Здесь взаимосвязь между делами такова, что участие сторон одного из этих дел в другом процессе не вызывается необходимостью. Такой отказ судебной практики от привлечения в данный процесс участников возможного в будущем процесса объясняется, прежде всего, тем, что часто невозможно предвидеть при рассмотрении дела возможные в будущем в будущем судебные процессы, в которых постановленное в результате рассмотрения данного дела судебное решение будет иметь преюдициональное значение. Кроме того, привлечение в данный процесс возможных участников будущего процесса представляется ненужным, так как решение, которое должно иметь преюдициональное значение не находиться в противоречии с интересами участников будущего процесса. Непревлечение в преюдиционально значимый процесс участников будущего процесса в этих случаях вполне оправдывается.

Иначе обстоит вопрос в тех случаях, когда решение, имеющее преюдиционально значение, может оказаться в противоречии с интересами участников будущего процесса. Здесь возникает необходимость привлечения соответствующих лиц в процесс, в результате которого может быть вынесено преюдициональное решение.

Вторая форма преюдиции в судебном решении по гражданскому делу включает в себя те случаи, когда в разных судебных делах разбираются требования, вытекающие из одного и того же правоотношения.

Особенностью рассматриваемой формы преюдиции является то положение, что стороны в обоих делах — в первом, где постановляется преюдиционально – значимое судебное решение, и во втором – последующем – должны быть одни и те же. Это объясняется тем, что стороны правоотношения, по поводу которого возникают судебные процессы (как первый, так и второй) тождественны.

Третьей формой преюдиции по гражданскому делу будет преюдиция судебного решения по иску принуждения, вытекающему из подтвержденного первым решением правоотношения. Так, к примеру, в первом процессе предъявлен иск о признании авторского права на известное произведение и иск этот удовлетворен. В возникшем позднее процессе автор требует с того же ответчика уплаты неосновательно полученного им гонорара за это произведение. Судебное решение по первому иску (о признании) является предрешающим в части признания авторского права; во втором процессе (по иску о принуждении) суду уже незачем заниматься выяснением на основе каких-либо новых доказательств наличия у истца авторского права на произведение.

При этой форме преюдиционального отношения между судебными решениями по гражданским делам, так же как и предыдущей, стороны в обычных процессах тождественны.

Необходимо рассмотреть случаи преюдиционального действия судебного решения по гражданскому делу в отношении судебного приговора по уголовному делу. Совершенно естественно, что суждения суда, сделанного в порядке гражданского судопроизводства, о виновности того или иного лица в совершении уголовного преступления, а равно об ответственности его за это не могут иметь значение для суда, рассматривающего дело специально об уголовной ответственности данного лица за совершение уголовного преступления.

Однако если суд в порядке гражданского судопроизводства постановит решение, которым подтвердит существование известного юридического факта, события или действия, это подтверждение должно быть обязательным и для суда, рассматривающего уголовное дело. В юридической литературе отмечалось, что такая обязательность решения объясняется тем, что установление фактических обстоятельств в соответствии с объективной истиной относится к компетенции как суда, рассматривающего уголовные дела. «Важно лишь, что по-разному оцениваются последствия этих фактических обстоятельств судом, действующим в порядке гражданского процесса. Это определяется различием норм гражданского и уголовного права, с позиций которого производится оценка установленных фактических обстоятельств».

Говоря о значении решения по гражданскому делу необходимо сделать одну весьма существенную оговорку. О преюдиции в решении по гражданскому делу для уголовного дела, речь может идти, если гражданское дело было разрешено раньше уголовного. Для тех же случаев, когда уголовное и гражданское дело в производстве одного или различных судов находятся одновременно, судебная практика пошла по линии обязательного приостановления производства по гражданскому делу впредь до рассмотрения уголовного дела в порядке п. 4 ст. 214 ГПК РСФСР. Таким образом, в этих случаях отдается предпочтение установлению фактических обстоятельств в порядке уголовного процесса, что несомненно, вытекает их больших практических возможностей этого порядка.

Необходимо также остановиться на случаях преюдиционального действия уголовного приговора в отношении судебного решения по гражданскому делу. Нужно сказать, что эти случаи преюдиции в практике встречаются чаще, чем случаи преюдиционального действия судебного решения.

Преюдициональное значение приговора по уголовному делу для суда, рассматривающего гражданское дело, определяется ст. 55 ГПК РСФСР, устанавливающей, что вступивший в законную силу приговор по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданскоправовых последствиях действий лица, в отношении которого состоялся приговор суда, лишь по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они этим лицом.

Это правило находится в тесной связи с допустимостью при рассмотрении уголовного дела так называемого «соединенного процесса», в котором суд в порядке уголовного процесса рассматривает не только вопрос об уголовной ответственности подсудимого за совершенное преступление, но также и вопрос об ответственности подсудимого за вред, причиненный потерпевшему этим преступлением. В судебной практике использование гражданского иска в уголовном процессе является весьма частым способом разрешения требований о возмещении вреда от преступления. Тем не менее, в практике встречается и такое положение, когда гражданский иск, заявленный потерпевшим в уголовном процессе, или остается без рассмотрения при вынесении приговора, или же признается подлежащим удовлетворению лишь в части признания права по возмещению вреда, причиненного данным преступлением. Для определения подлежащих взысканию сумм для возмещения вреда этот иск передается на рассмотрение суда в порядке гражданского судопроизводства (ст. 80 ГПК РСФСР). Может быть такой случай, когда потерпевшим иск в уголовном деле не заявлялся, а был предъявлен затем в самостоятельном производстве в порядке гражданского процесса. Кроме того, возможен и тот случай, когда иск в порядке гражданского процесса был предъявлен еще до рассмотрения уголовного дела. В данном случае рассмотрение гражданского дела по иску потерпевшего обычно производится уже после рассмотрения уголовного дела.

Во всех этих случаях рассмотрения судом в порядке гражданского процесса иска, вытекающего из уголовного преступления, приговор суда в отношении этого преступления, выносимый в порядке уголовного процесса для суда, рассматривающего гражданское дело, является обязательным в той части, где он устанавливает, совершено ли преступление и совершено ли оно подсудимым.

Следует особо подчеркнуть под обязательной преюдицией понимаются такие случаи, когда предварительное установление того или иного факта или правоотношения до разрешения данного дела является обязательным в силу закона. При обязательной преюдиции разрешающий данное дело суд, не вправе вынести соответствующее решение, если другим судебным органом не будет разрешен вопрос, от решения которого зависит разрешение данного дела.

Наоборот, в том случае, когда преюдиция не является обязательной, преюдициальная связь возникает в силу «естественного хода вещей». Судебное решение или судебный приговор предрешающие известный вопрос, могут состояться ранее дела, для которого оно имеют обязательное значение, но этих судебного решения или приговора могло бы и не быть, и, если бы их не было, весь круг стоящих перед судом вопросов был бы разрешен данным судом, рассматривающим данное дело.

Следует отметить, что в процессуальной литературе под преюдицией вообще иногда понимается обязательное, в силу закона, установление определенного факта или правоотношения в другом предшествующем процессе.

Однако, как нам кажется, в понятие преюдиции следует включать более широкое содержание, относя к ней вообще все случаи, когда выводы суда относительно юридических фактов и правоотношений являются обязательными для других судебных и административных органов, если они касаются вопроса о наличии тех же фактов и правоотношений.

В тех же случаях, когда закон устанавливает, что известные факты и правоотношения должны заранее устанавливаться судом в определенном (соответственно уголовном или гражданском) порядке, или органом государственного управления, или местным органом власти, можно говорить лишь об обязательной преюдиции, т.е. такой преюдиции, без которой обойтись в данном случае невозможно и лишь при наличии которой могут быть разрешены данное судебное дело или стоящий перед органом государственного управления или местным органом государственной власти вопрос. Такие обязательные преюдиции установлены законом. В области гражданского процесса можно указать на следующие преюдиции, являющиеся обязательными:

1) обязательная преюдиция в судебном решении по гражданскому делу по отношению к другому гражданскому делу о такой обязательной преюдиции говориться в ст. 214ГПК РСФСР;

Пункт 4 ст. 214 ГПК РСФСР в частности, говорит о том случае, когда данное гражданское дело не может быть разрешено раньше другого дела, рассматриваемого в гражданском порядке. Например, дело по иску, основанному на завещании, не может быть рассмотрено раньше другого дела, возникшего по иску основанному на завещании, не может быть рассмотрено раньше другого дела, возникшего по иску о признании этого завещания недействительным потому и подлежит приостановлению впредь до вступления в законную силу решения по этому последнему.

Важно отметить, что указанная преюдиция является обязательной лишь постольку, поскольку самостоятельно возникло дело, раньше разрешения, которого не может быть разрешено данное дело.

2) обязательная преюдиция в судебном приговоре по уголовному делу по отношению к гражданскому делу.

Предусмотренная п. 4 ст. 214 ГПК РСФСР обязательная преюдиция приговора в том случае, данное гражданское дело не может быть разрешено ранее другого, уже находящегося в производстве уголовного дела, приводит к тем же соображениям, какие были высказаны в связи с обязательным характером презумпции решения по гражданскому делу, о котором говориться в ст. ГПК. В судебной практике установилась обязательная преюдиция уголовного приговора, если гражданское дело имеет своим предметом гражданскоправовые последствия совершенного преступления.

Последним свойством судебного решения вступившего в законную силу, является его исполнимость. Под исполнимостью решения следует понимать принудительное исполнение судебного решения, т.е. осуществления специальными государственными органами – органами исполнения судебных решений – ряда мероприятий, которые направлены на реализацию судебного решения помимо воли лица, обязанного по этому решению.

Об исполнимости, как свойстве решения, может идти роль только в отношении решений, вынесенных в удовлетворение иска о присуждении. Исполнительность силы не могут иметь решения по искам о признании, о чем уже упоминалось в работе. В названном случае властным подтверждением правоотношения и ограничивается задача суда.

Точно также нельзя говорить в большинстве случаев и об исполнимости решения, которым отказано в иске. Исключение могут составлять только те решения об отказе в иске, где наравне с отказом в удовлетворении исковых требований содержится указание на обязанность того или иного участника дела возместить расходы по ведению дела или уплатить судебный штраф и т. д. В этих случаях судебное решение в части взыскания сумм по этим платежам побочного характера обладает свойством исполнимости.

Необходимо отметить, что исполнимость решения, как иногда говорят, его исполнительная сила не совпадает с принудительным характером судебного решения вообще. Будучи направленным, на защиту права или интереса всякое судебное решение носит принудительный характер. Однако исполнимостью в смысле способности быть принудительно реализованным при посредстве соответствующих мер обладает не всякое решение.

Характер этих принудительных мер разнообразен:

1) в действиях органа исполнения судебного решения – судебного пристава, направленных непосредственно на изъятие присужденного с должника имущества и передачу его взыскателю;

2) в действиях органа исполнения судебного решения, направленных на опись и продажу имущества должника и обращения взыскания на заработную плату последнего с целью получения денежной суммы, которая подлежит направлению на погашение присужденного с ответчика денежного долга;

3) в совершении взыскателем или органом исполнения соответствующих действий, к совершению которых был присужден должник, с последующим взысканием с него расходов, связанных этими действиями (ст. 201ГПК РСФСР);

4) в принудительном отобрании у ответчика ребенка, если он присужден к передаче ребенка на воспитание истцу;

5) в принудительном освобождении помещения занимаемого ответчиком, присужденного судом к освобождению этого помещения;

6) в перечислении денежных средств со счета должника на счет взыскателя;

7) в принудительном изъятии наличных средств, принадлежащих должнику для передачи взыскателю;

8) в производстве взыскания денежных сумм за вынужденный прогул истца, если ответчик не выполняет решения о восстановлении истца на работе;

9) несмотря на различие всех этих действий по их содержанию, все они характеризуются общей чертой — носят принудительный характер, и выполнение их означает приведение и исполнение судебного решения.

Информация о работе «Законная сила судебного решения» Раздел: Гражданское право и процесс
Количество знаков с пробелами: 120130
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

7616 0 0

… подачи заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам на подачу заявления Арбитражные суды, пересматривающие судебные акты по вновь открывшимся обстоятельствам. 1. Заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам подается в арбитражный суд, принявший данный судебный акт, лицами, участвующими в деле, не позднее трех …

23934 0 0

… активную позицию по устранению нарушений законности участниками судебного заседания. В приказе «Об организации поддержания государственного обвинения в условиях состязательности, осуществления надзора за соответствием закону судебных решений по уголовным делам» Генеральный прокурор указывает нижестоящим прокурорам на необходимость исключения случаев формального отношения прокуроров к участию в …

62027 0 0

… на основе состязательности и равноправия сторон. Стороны в этой стадии процесса пользуются равными правами по представлению доказательств и участию в их исследовании. Институт пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам решений, определений суда, потупивших в законную силу, призван обеспечивать вынесение но делу законных и обоснованных постановлении, которые защищают права и интересы граждан …

53663 0 0

… далее. Одни из существенных пробелов в ГПК – отсутствие указаний на необходимость к судебному заседанию перед рассмотрением заявления о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения, определения и постановления, вступивших в законную силу. Если в гл. 41 ГПК, регулирующей производство в надзорной инстанции, говорится о необходимости подготовительных действий , направленных на …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *